Валентина Осеева: как сложилась судьба той самой Динки, когда она выросла в двадцатый век

Неугомонную Динку любили те советские девчонки, которым не хотелось ассоциировать себя с «правильными» девочками из других книг и фильмов. А Динка на самом деле была Валей Осеевой.

Дочка подпольщиков

Уроженка Киева Валентина Осеева была одной из самых популярных советских детских писательниц. На официальных мероприятиях её предпочитали чествовать за серию книг про Васька Трубачёва и его товарищей. Но куда больше дети, и особенно девочки, любили Осееву за повести про Динку — беспокойную, постоянно влипающую в приключения дочь революционеров-подпольщиков. Повести эти были, конечно, автобиографические.

Обычно про отца Валентины Осеевой сообщают, что он работал инспектором или инженером. На самом деле, большую часть детства Вали он не работал — в связи с революционной деятельностью скрывался от властей. Какое уж тут инспекторство… Деньги в основном в семье появлялись через мать — она брала корректуру для газет. Надо сказать, мама Вали тоже была пламенной революционеркой, но ей повезло не засветиться, так что не пришлось переходить на нелегальной положение. Отца в конце концов арестовали, что прибавило Валиной маме хлопот.

Валя была в семье самой младшей. У родителей были ещё две дочки: Галя и Анжелика. Нетрудно догадаться, что Галя — это Алина из книги, а Лика стала Мышкой. Её и в жизни звали Мышкой, такая она была тихая, слабая и робкая. Одна женщина и четыре девочки перенесли много переездов в попытке скрыться, пока отца не арестовали.

Учиться Валя начала в гимназии в Киеве, но только успела обзавестись подружками, как уже переехала в Житомир и пришлось осваиваться заново. С подвижным лицом, очень эмоциональная, Валя со школьных лет хотела стать актрисой и мечта её почти сбылась: после школы она поступила в Киеве в институт на драматический факультет. Но… Семья опять переехала, и уже подросшую Валю поставили перед фактом: никто и слышать не хотел о том, чтобы она осталась и закончила учёбу. Пришлось институт бросить, ехать со всеми в Москву.

Тот случай, когда чужих детей не бывает

На этот раз семья не скрывалась — наоборот, переезды были связаны с заданиями партии. В 1923 году мама Вали, Адриана Леонидовна, получила новое задание: возглавить коммуну для беспризорниц имени Клары Цеткин. Опять вся семья снялась с места и поехала жить в Солнечногорск.

Надо понимать, что в двадцатые беспризорницами становились не обязательно на фоне дромомании или конфликтов в семье. Сначала Мировая, потом Гражданская войны, эпидемии, которые идут с войнами рука об руку, оставили без дома и семей очень многих детей. В начале двадцатых их стали собирать в коммуны, и многие сдавались туда сами — ради хоть какой-то определённости в жизни. Это не воспринималось как колония или детдом. Просто шанс выжить и получить образование.

Пообщавшись с этими детьми, молодая и горячая Валя поняла, что хочет сделать всё, чтобы их жизнь снова стала нормальной. Так она бросила все мечты об актёрстве и стала педагогом. В Солнечногорской коммуне Осеева провела шестнадцать лет.

Это именно девочки из коммуны убедили её отправить в редакцию рассказы — Осеева сочиняла для них много разного, от сказок до пьес с большим количеством персонажей. Получив рассказы Осеевой, редакторы сказали: Валентина Александровна, пишите ещё. Такая литература детям нужна. Но с писательством пришлось погодить: началась Великая Отечественная война.

Коммуну эвакуировали в одну сторону, Валентину Осееву — в другую. Она очутилась в Башкирии и устроилась воспитательницей в детский сад. Русских детей почти не было, так что Валентина постаралась поскорее выучить башкирский. Она пересказывала башкирским детям русские и европейские сказки, узнавала от них башкирские и переводила их на русский.

Васёк и Динка

После войны Осеева вернулась в Подмосковье. Это было время долгожданных встреч. Люди обменивались пережитыми горестями, рассказывали, как жили или воевали, как живётся им теперь. Все эти истории вдохновили Валентину написать серию повестей о школьнике Ваське Трубачёвом, которого война застала на отдыхе на украинской земле и который, вернувшись после войны, взялся восстанавливать разрушенную родную школу. Эти повести, не такие трагичные и жуткие, как рассказы о пионерах-героях, понятные большинству советских детей моментально стали популярны. Более того, они понравились и правительству: Валентина Александровна получила Сталинскую премию.

Премия сильно помогла ей в материальном плане. Вместе с мужем, писателем-фантастом Охотниковым, Осеева смогла переехать в Крым, в посёлок Изюмовка. Она всё же выросла на юге и с возрастом северный климат переносила всё хуже. По одну сторону посёлка — река, по другую — горы. От пейзажа веяло покоем, и Осеева взялась за книгу, которая станет главной книгой её жизни: две повести о девочке Тинке, то есть, конечно, Динке.

Сами собой всплывали перед глазами не просто события — мельчайшие детали. Каким беззаботным кажется детство, даже если это детство ребёнка, чьи родители скрываются от закона! Достаточно, чтобы мама любила, чтобы можно было ходить гулять на высокий берег реки и чтобы время от времени в дом приносили новые сытинские книжки — с картинками и чарующими историями.

Если Трубачёв принёс Осеевой всенародную славу, то Динка — всенародную же любовь. Большего, казалось, и желать невозможно: жить в раю, с любимым, знать, что знаменита, и не чувствовать нужды. Но ничто не вечно. В шестьдесят четвёртом году муж Осеевой умер, а без него ходить по знакомым и любимым местам было горько. Валентина вернулась в Москву. После потери любимого она и сама быстро угасла и умерла уже через пять лет, в свои шестьдесят семь.

История ещё одной писательницы, которую прославила автобиографическая повесть о детстве — Ирмгард Койн: рыжая девочка, с которой взрослым не разрешали водиться нацисты.

Фото: Е. Микулина/РИА Новости, С. Иванов-Аллилуев/ТАСС

Источник

Добавить комментарий

Красуня